Когда женщина в опасности

Интервью с директором СПб ГБУ «Кризисный центр помощи женщинам» Мариной Анатольевной Гречишкиной.


Материал подготовили: психолог, сотрудник Муниципального совета Владимирского округа Марина Киселева и депутат Муниципального совета Владимирского округа Елена Андрусенко.

Марина Киселева: Расскажите, пожалуйста, об истории создания центра.

Марина Гречишкина: 18 мая 1996 года состоялось торжественное открытие государственного учреждения — городского центра социальной помощи женщинам «Женщина в опасности». В открытии учреждения принимали участие: Людмила Андреевна Косткина, глава администрации Московского района, Виталий Леонтьевич Мутко  (заместитель мэра Санкт-Петербурга по социальным вопросам — Прим.). 

На протяжении 24 лет учреждение предоставляет услуги женщинам и их детям, как находящимся в трудной жизненной ситуации, так и пострадавшим от различных видов насилия. 

С марта 2003 года в состав учреждения вошло отделение социальной реабилитации «Маленькая мама», которое оказывает помощь молодым несовершеннолетним беременным и молодым матерям с детьми в возрасте до трех лет, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. 

1 марта 2012 года в структуре учреждения открылось специализированное отделение социальной реадаптации женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. В отделении работают две службы — одна консультационная, включая телефон доверия, где оказывают услуги специалисты: психотерапевт, психологи, юрисконсульты и вторая, служба помощи женщинам, освободившимся из мест лишения свободы. 

На сегодняшний день в структуре учреждения существуют три отделения — два предоставляют услуги в стационарной форме и одно в полустационарной форме социального обслуживания.

Елена Андрусенко: Что инициировало создание в 1996 году этого центра? 

С инициативой о создании государственного учреждения с предоставлением убежища женщинам, пострадавшим от насилия, в администрацию города обратились руководители трех общественных организаций. 

ЕА: То есть с инициативой вышли негосударственные организации?

Одна из руководителей этих организаций, Марина Вадимовна Аристова возглавила вновь созданное учреждение. В состав этой инициативной группы входили: Лариса Валентиновна Корнева — руководитель общественной организации «Александра», Наталья Валерьевна Ходырева, возглавлявшая некоммерческую организацию «ИНГО «Кризисный центр для женщин». Эти три женщины смогли повлиять на принятие администрацией города решения об открытии государственного учреждения по предоставлению помощи женщинам, пострадавшим от насилия.

МК: Расскажите, пожалуйста, подробнее про отделение «Женщина в опасности». 

Это первое отделение, с которого началась работа нашего учреждения. Отделение рассчитано на 17 койкомест для оказания помощи женщинам и женщинам с детьми, находящимся в трудной жизненной ситуации или социально-опасном положении. На протяжении от четырех до шести месяцев они получают различные социальные услуги: социально-бытовые, социально-медицинские, социально-педагогические, социально-психологические, социально-правовые. 1 раз в месяц каждой женщине предоставляется продуктовый набор. 

ЕА: Часто бывает, что все пять комнат заполнены целиком?

Ситуации бывают разные. Иногда все места заполнены, иногда есть свободные места. На сайте учреждения мы публикуем информацию о наличии свободных мест. 

МК: Скажите, пожалуйста, как вы понимаете, что это ваш клиент.

При поступлении в отделение с женщиной проводится первичное собеседование. Специалисты задают вопросы, из которых можно понять, что произошло, какому виду насилия подверглась женщина. 

Насилие бывает четырех видов:

– физическое (в том числе избиение, щипки, шлепки). Это могут быть как легкие повреждения, так и повреждения средней тяжести и тяжелые травмы;

– психологическое насилие, которое очень трудно пощупать, но оно наносит очень тяжелый вред здоровью. Унижение, оскорбление, слежка, ограничение в контактах с близкими людьми, отслеживание социальных сетей, телефонных звонков — это все очень тяжело воспринимается человеком. И самое тяжелое это публичное унижение.

– сексуальное (изнасилование).

И есть еще экономическое насилие. Когда тебя лишают средств существования или выдают определенное количество денег, за которое ты должен до копейки отчитаться, на что ты их потратил или все твои нужды игнорируются, потому, что они не считаются приоритетными, а нужды мужчины все должны быть удовлетворены. Этот вид насилия мы редко встречаем, но, тем не менее, такие случаи бывают.

МК: Есть какой-то регламентирующий документ, где присутствуют определения этих видов насилия?

К сожалению, никаких официальных документов, дающих определение насилию и его видам, не существует. Терминология по насилию разработана представителями социально-ориентированных НКО в пособиях по семейно-бытовому насилию.
В учреждении разработаны брошюры с алгоритмом действий в той или иной ситуации. Поэтому общаясь с женщиной, мы понимаем, с чем ей пришлось столкнуться. В основном женщины считают, что насилие — это только когда их избили. Но когда начинаешь разговаривать, выясняется, что и психологическое и экономическое насилие присутствуют, и, возможно, сексуальное — у нас были такие случаи. Как правило, это комплекс проблем.

МК: Мы столкнулись с тем, что люди затрудняются для себя сформулировать, является ли это действие насилием или нет. Особенно если тебя не ударили и не сломали тебе ногу. Есть ли у нашего государства официальная версия, что такое насилие?

К сожалению, в Российской Федерации не принят закон о домашнем насилии. Приняты поправки в Уголовный кодекс, но это не решение проблемы. Конечно, закон о домашнем насилии крайне необходим. Я не так давно общалась с коллегой из Приднестровья, сотрудником кризисного центра. Она рассказала, что Молдавия приняла закон о домашнем насилии и он реально работает. 

МК: Какую помощь, помимо размещения, вы оказываете женщинам?

Юрисконсульт отделения помогает женщине составить исковые заявления в суд о бракоразводном процессе, разделе имущества, об определении местожительства детей. Если женщина приходит к нам и у нее было обращение в полицию, что она пострадала от насильственных действий, то через какое-то время она это заявление может изъять. Или идет на примирение. Наши сердобольные женщины пытаются всячески выгородить мужчину, защищают его и не хотят, чтобы в отношении их обидчика было возбуждено уголовное дело. Если она настроена серьезно, чтобы были приняты меры по ее заявлению, тогда мы готовим заявление в суд на признание его виновным. У нас была ситуация, из больницы поступила 29-летняя женщина с тремя детьми. У нее было три ножевых ранения. Когда она поступила к нам, то лица фактически не было видно. Пока она была в больнице, трое детей находились в приюте. Они приехали в Санкт-Петербург из Улан-Удэ, республика Бурятия. Она работала и содержала всю семью. Муж — религиозный фанатик, заставлял ее часами слушать религиозные тексты, и если она отвлекалась, за этим следовало наказание ее и детей. Однажды он при детях изнасиловал, избил и нанес три ножевых ранения. Женщина подала исковое заявление в суд. И это один из немногих состоявшихся судов, по которому было принято решение. Суд несколько раз переносился, но в итоге было принято решение о том, что на два года он уезжает в Улан-Удэ и там регулярно отмечается в полиции. 

Неоценимую помощь в представлении интересов в суде оказала адвокат Галина Ибрянова. Специалистам отделения потребовалось приложить немало усилий для вывода из тяжелого психологического состояния. Она устроилась на работу, сняла жилье. Женщина, когда уходила, сказала, что мы для семьи стали вторым домом. Она почувствовала себя свободной, защищенной. Была благодарна за полученную помощь в решении ее непростой жизненной ситуации. Она обрела уверенность в себе, в своих силах.

МК: Расскажите, какие именно психологические услуги вы предоставляете.

В учреждении проводятся индивидуальные консультации, групповая работа. Психолог организует совместные занятия для мамы с ребенком. Наблюдая, как мама взаимодействует с ребенком психолог рекомендации по воспитанию, на что надо обратить внимание, помогает выявить, какие потребности у ребенка существуют. Мы организуем совместные праздники, мастер-классы. Мы даем направления, в каких сейчас можно себя проявить и что-то сделать для себя и своего ребенка. 

МК: Как вы обычно определяетесь, когда женщине пора уходить?

Срок пребывания каждой женщины определен Индивидуальной программой предоставления социальных услуг. Как только мы видим, что все услуги были оказаны, уведомляем женщину о предстоящем отчислении из отделения.

В исключительных случаях, если ситуация, в которой оказалась женщина, требует дальнейшего нашего участия, то повторно обращаемся в Центр организации социального обслуживания с целью продления срока оказания социальных услуг.

МК: Насколько востребованы эти услуги?

Услуги учреждения востребованы населением города, как в стационарной форме, так и консультационные.

МК: Как вы считаете, то достаточно ли организаций, которые сейчас оказывают помощь пострадавшим от насилия? Справляются ли они с потоком обращений?

Это сложный вопрос. Если мы говорим о пятимиллионном городе, возможно недостаточно. Кроме государственных учреждений, в Санкт-Петербурге работают социально ориентированные некоммерческие организации (СО НКО), предоставляющие услуги женщинам, пострадавшим от насилия.

МК: Как вы считаете, те пострадавшие, которые обращаются, они все могут получить помощь?

Все обратившиеся могут получить помощь. Если наших возможностей недостаточно, мы подключаем партнерские организации для оказания содействия в решении тех или иных вопросов. Кому-то нужна только консультативная помощь (написать заявление, помощь психолога, чтобы снять острое состояние, понять, как себя вести, проговорить план личной безопасности). Размещение в стационаре — в случае угрозы жизни и здоровью, когда женщина не может самостоятельно справиться с возникшей ситуацией, ей нужна помощь специалистов. 

МК: С какими сложностями вы сталкиваетесь в своей работе?

Сложности возникают при работе с женщинами, которые приезжают из других регионов. Свое жилье мало у кого есть. Им надо найти работу, снять жилье, чтобы заработка хватало не только на оплату квартиры, но и на питание, содержание детей. Некоторые женщины занимают активную позицию, с ними легче работать. Есть женщины, которых буквально за руку нужно вести. Они растеряны, подавлены, потеряли ориентиры и поэтому важна поддержка психолога, чтобы поднять уровень самооценки и вытащить их из этого состояния. 

Сложности — нам хотелось бы больше помещений. Необходимы кабинеты для занятий по арт-терапии, для индивидуальных консультаций, творческие мастерские, комната для занятий с детьми. 

ЕА: Женщины, которые к вам обращаются и у вас живут —  это женщины из определенной прослойки? Семьи алкоголиков? Неблагополучные семьи?

Абсолютно разные женщины. И из семей с хорошим достатком, и уровень образования высокий. В большинстве — это высокообразованные женщины, которые терпели ради семьи, ради детей. И мужчины не маргиналы. Мы говорим о совершенно других семьях — внешне благополучных.

ЕА: Такие женщины тоже были у вас здесь в стационаре?

Мы говорим о тех женщинах, которые находятся в стационарном отделении.

ЕА: У них же должен быть и круг знакомых шире, которые могли бы им помочь. И, видимо, насилие, в том числе психологическое, от этого круга как-то отрезает. Соответственно, ей больше некуда обратиться.

Именно так и происходит. И если женщина приехала из другого региона, то в Санкт-Петербурге у нее не так много друзей. И сегодня мало кто из друзей готов принять женщину с ребенком. Одно дело, если ночь переночевать, другое дело, если ситуация затянется надолго. Для этого как раз и нужны социальные учреждения. Нужны специалисты — профессионалы. 

ЕА: Многие женщины, смотрят на других, которые ушли из семьи как на богинь, которые обладают какими-то нереальными силами: «А я так не могу. Я не такая сильная». А те женщины, которые у вас находятся в стационаре, они всегда четко уверены в своем решении уйти из семьи? 

Период активной деятельности сменяется периодом сомнений в своем решении. Если вдруг позвонит мужчина и что-то пообещает, готовы все забыть и вернуться домой. А бывает так, что «нет, никогда, ни за что», а уходить некуда, возвращаются обратно. 

ЕА: А что вы делаете в ситуациях, когда к вам пришла женщина после явного физического насилия, а он позвонил и она решила вернуться?

Мы предоставляем план личной безопасности в котором написано, что она должна помнить, если ситуация повторится вновь. Потому что потом в квартиру бывает очень сложно попасть. Бывает, что иногда свекрови помогают, а иногда защищают своего сына: сама виновата, так что на меня не рассчитывай. Мамы иногда встают на сторону мужа: это твоя семья, сама разбирайся, на меня не рассчитывай, у меня своя семья. Ситуаций очень много разных и в каждой надо разбираться, и смотреть точки опоры, кто может потом помочь. Пытаемся разобраться в этом ближнем круге. На кого она может рассчитывать, кому она может позвонить, у кого что-то одолжить, например, одежду, деньги. Нужно найти в ее жизненном круге тех людей, на которых можно рассчитывать. 

ЕА: Женщины к вам возвращаются?

Очень редко. Несколько случаев таких было.

ЕА: Получается, они продолжают жить с абьюзерами?

Иногда продолжают там жить, мужчина соглашается на семейное консультирование. Они приходят вместе. Это радует, когда мужчина идет на контакт и хочет тоже сохранить семью. Бывают случаи, когда принимается решение уйти, женщина находит работу, может быть возвращается даже к себе домой, в свой регион, или мы помогаем найти работу с проживанием. Это в основном Ленинградская область, санатории, дома отдыха, где есть возможность проживания. Работаем с центрами занятости, помогаем им сориентироваться. 

МК: Расскажите, пожалуйста, о вашем участии в реализации Национальной стратегии действий в интересах женщин.

В Санкт-Петербурге разработан Комплексный план по реализации «Национальной стратегии действий в интересах женщин». В рамках этого плана, нашему учреждению поручено создать организационно-методическое отделение (ресурсный центр) по профилактике насилия в Санкт-Петербурге. Мы сейчас этим вопросом активно занимаемся. Уже подготовлена часть нормативных документов, разработан план создания этого структурного подразделения. Мы хотим, чтобы наше учреждение было головным учреждением в городе по профилактике насилия. Отрабатывать новые технологии, внедрять новые формы работы с пострадавшими от насилия, привлекать специалистов высших учебных заведений для работы. Создать большую методическую научную базу. Проводить семинары, рабочие встречи, круглые столы по этому направлению, аккумулировать всю информацию и обладать статистической информацией, проводить социологические исследования.

ЕА: Когда вы планируете открыть этот центр?

Комплексный план предусматривает открытие отделения в 2021-2022 году.

ЕА: Это будет отдельное помещение?

Комитет по социальной политике Санкт-Петербурга направил обращение в Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга по подбору необходимых помещений для нашего учреждения. Надеюсь, что будет найдены помещения, которые смогут удовлетворить все наши потребности и мы сможем оказывать помощь на более высоком качественном уровне.

Поделиться ссылкой: